Выставка ошеломляет размахом прямо с порога: зрителя встречает пространство, которое так и хочется назвать перекурированным. Лабиринты из локаций, устланные красным ковром, высокие стены, масса мебели. В общем, как будто бы вполне себе реальный отель. У стойки администратора — знакомство с экспозицией и её героем. Можно почитать кураторский текст и полистать книжечку с уморительными автопортретами Парра, сделанными в разных местах планеты, но с одинаковым «покерфейсом».

Мартин Парр — всемирно известный британский документальный фотограф, полвека снимающий повседневную жизнь и создавший свой собственный стиль, где отстранённое наблюдение приправлено изрядной долей китча и абсурда. Самобытный автор, берущийся за всё, от лаконичного репортажа и дистанцированной фотофиксации до кричащего глянца и съёмки обложек для музыкальных пластинок. Член элитного агентства Magnum, куда и за великие заслуги приглашают не каждого фотомастера. Собиратель кажется всех существующих на земле фотокниг, зинов и других публикаций снимков на бумаге. Ещё про него сняли документальный фильм. Среди прочих есть и одно интервью.

Знакомство с Парром и игра в постояльца гостиницы продолжаются после ресепшна. Сначала гость попадает в лобби, потом идёт в лаунж-зону с удобными креслами и низкими столиками, художественно заваленными авторскими фотокнигами. Листать их можно очень долго, и это другой отдельный сценарий посещения выставки.

Далее посетитель планирует путешествие по своему маршруту: музыкальный бар с белым роялем, магазин безвкусных и таких притягательных сувениров, модный бутик со странной одеждой, спа с курортными видами размером с фотообои, бильярдная со столом без дырок, ресторан типа «шведский стол» с подносами, на которые наклеены изображения тарелок с едой.

Пространство так напичкано гостиничными деталями, что даже теряешься: стильные напольные светильники, тележки для чемоданов и сами чемоданы на колёсах, стойки для уборки номеров. И на всём этом богатстве изображения Парра, и автопортреты, и работы. Снимки всюду: в виде отпечатков, газет, книг, наклеек. Ещё стоят высокие шкафы, условно разделяющие зоны условной гостиницы. Всё они доверху забиты фотокнигами автора — их тут 200 штук. Разные издания, многочисленные локализации, оригинальные экземпляры.

И глядя на ряды этих книг, понимаешь, что выставка мощнейшая, а ретроспектива работ на выставке самая что ни на есть полная. Тут есть всё:

• Яркие, контрастные, со вспышкой в лоб репортажи — с многолюдных пляжей в Брайтоне, с видами растиражированных мировых достопримечательностей, с званых ужинов и чваных фуршетов.
• Классическое чёрно-белое стрит фото — начало пути Парра в фотографии. Первые самодельные зины и журналы. Серии снимков про хиреющие шахтёрские городки Англии, психиатрические клиники и китайские кварталы.
• Эксперименты с цветом и светом, клоуз-ап, предметная съёмка, рекламная работа для Vogue и модных брендов. Даже обложка пластинки группы Madness висит в рамочке.

Избыточное оформление и дизайн выставки вторит буйству, творящемуся на фотографиях. Максимально подчёркивая, что перед нами именно отель, кураторы одновременно настойчиво напоминают: это всё ненастоящее. И на фотографиях Парра — искусственная и от этого вырвиглазная яркая еда, блеск синтетической одежды и нищета бюджетных путешествий формата «всё включено».

Принято считать, что Парр — это такой остроумный наблюдатель из журнальной рубрики «Фотографы шутят». Удачно схватывает забавные моменты из повседневной жизни. Мягко иронизируя, подмечает интересные ситуации. Может казаться провоцирующим: его даже в гуманистический Magnum поначалу не хотели брать, посчитав снимки насмешкой над бедными несчастными людьми.

Растерянные позы в гигантских музейных залах, уставшие лица исходивших все ноги туристов поневоле (надо же отгулять положенные календарные 28 дней отпуска в год). Сочетание несочетаемого в одежде, растекающийся по липким столам фастфуд, радость на фоне так и не упавшей Пизанской башни. И это вы называете курортом? И это вы называете отдыхом? И это вы называете едой? Ощущения одиночества, заброшенности, пустоты среди толпы, огромного муравеечного мегаполиса, где и в тесноте, и в обиде. И даже гранд-отель, красиво оформленный, сверкающий, с мягким ковром, оказывается ненастоящим.

Есть у американской группы The Wipers громкий и горький альбом «Is this real?» с одноимённой песней. И будто бы то же самое вопрошает сам Мартин Парр, глядя на зрителя нарочито бесстрастным взглядом (как объектив фотоаппарата) со своих автопортретов. То выглядывая из пасти костюмной акулы, то из аляповатого коллажа, то на фоне психоделических обоев. Так что же это всё такое? Это реальность или нет? Может поэтому от всей воздвигнутой красоты на выставке тянет бесприютностью и тоской. И нигде ты не почуешь себя дома, как ни выкручивайся и как ни старайся.

Пожалуй, ясно здесь только одно, и это не вывод, не нравоучение, не послание современникам и потомкам, а девиз самого Мартина Парра и его жизненной стратегии: